Проблема альтернативы в русской культуре

Другая информация » Проблема альтернативы в русской культуре

Страница 2

Третий - Бердяев, который впервые создал образ общечеловека. Это был не просто православный плюс католический, как у Соловьева, человек. "Нам нужна такая нравственность, которая вмещала бы в себя весь мир", сказал Бердяев и конкретизировал: "Нам надо соединить Христа с Венерой". Он начал анализировать традиционную нравственность, ее полюса (религиозность - нерелигиозность, государственность -негосударственность), но что с ними делать, было непонятно. Я вижу страшный криминал у него в том, что он предлагал создать новую соборность на основе интересов личности. Что это за монстр такой? Таким образом, после Чаадаева, Соловьева и Бердяева стало ясно, что делать, но совершенно не ясно - как.

Четвертая веха для меня - это уже современный исследователь, А.Ахиезер. Он создал, на мой взгляд, новую традицию в русской философии: перестал анализировать утопии, стал анализировать реальную жизнь. Он показал, что в русской культуре, которая в своей основе традиционна, господствуют два полюса - соборность и авторитарность, внутренним содержанием которых являются инверсионность, антидиалогичность, идеологичность.

Стремление к крайностям ведет к катастрофе, и Ахиезер показал это на историческом материале.

Что это нам дает? Мы теперь видим, против чего должен бороться соловьевско-бердяевский человек (в самом себе прежде всего), и что должен в себе выделять - антисоборность, антиавторитарность, антиинверсионность, а в конструктивных терминах - диалогичность, поиск меры, почвенный либерализм (условно).

Основной вывод: в философском пласте культуры развивалась альтернативная тенденция - либеральная, антитрадиционная, антиавторитарная. Кроме того, эта тенденция одновременно носила и соборный характер. Это была общая болезнь русской интеллигенции до 1917 г.

Сегодня интеллигенция уже почти не соборна, хотя зюгановское направление пытается эту соборность возродить.

Мы видим, что пласт русской рефлексии, где должна вестись борьба за альтернативу, ее поиск, - религиозно- нравственный. Это наиболее консервативный, фиксирующий архаичность пласт. Но он не главный. Главный пласт, где происходят интересующие нас процессы, - русская литература.

Надо начинать с XVIII века. Царь, помазанник Божий, взял в руки рубанок. Этот факт создал религиозно- нравственный прецедент, дал стимул русской литературе и всей русской рефлексии XVIII - XIX веков, конструктивность которой состояла в выработке нового типа нравственности. Отсюда я начинаю отсчет моих исследований. Произошло то же самое, что две тысячи лет назад в Иудее, когда Иисус объявил себя сыном Божиим. С одной стороны - Бог, с другой - человек, это известная евангельская интерпретация. То же самое произошло и в России. С одной стороны - помазанник Божий, с другой - нормальный человек. То, что сам Бог взял в руки рубанок означало, что высшая нравственность спустилась из потусторонности в повседневную жизнь человека.

Зачем Петр плевал и кривлялся перед Богом, ездил на свинье по улицам, стриг бороды? Если мы попытаемся по- новому это понять, то увидим, что он создавал новую нравственность. Он должен был оправдать реформаторов, оправдать проводимые им реформы. Любые реформы надо обеспечить новой нравственностью, иначе они не пойдут, так как сложившаяся религиозно-нравственная основа отстраняла новое. Надо дискредитировать религиозно- нравственную основу, противостоящую реформам.

Именно с Петра началась новая русская светская литература. Она сразу поставила основные вопросы бытия: Бога, нравственности и т.д. Крылов, Фонвизин, Радищев - главные просветители. О Державине и Ломоносове я пока говорить не готов.

Крылов - "мир хорош, он не лежит во зле". Это мой вывод из расшифровки всего его творчества в целом. Когда светская литература осмысляла себя как целое, она брала религиозные сюжеты. Главная цель: "Россия должна проснуться". А откуда взялась эта нравственность сна, ничегонеделания? Почему до XVIII века Русь, по словам Флоровского, вообще молчала? Все авторы, которых я назвал, начиная с Крылова обращались к библейскому образу Адама, критиковали его православную интерпретацию, при которой Адама отличало ничегонеделание.

Страницы: 1 2 3 4 5

Другие материалы:

Влияние византийского костюма на костюм средневековой Европы
Византийский костюм оказал большое влияние на костюм средневековой Европы и особенно Древней Руси, с которой был развит культурный и торговый обмен. Футлярообразный силуэт, закрытые одежды, соответствовавшие основным идеям христианства, д ...

Возможность прогноза социокультурной динамики России
В основе смены господствующих нравственных идеалов в стране лежит определенная логика. Ее важным элементом является существование нравственных идеалов в форме дуальных оппозиций, их переходящих друг в друга полюсов. Подобная дуальность -- ...

Нравственные идеалы
Начало античной этики можно, пожалуй вести от поэмы Гесиода "Труды и дни". Герои Гомера безнравственны. Taм есть лишь одна добродетель - мужество и лишь один порок - трусость. Одиссей не затрудняется в выборе средств. Укоры сове ...