Как мода пришла в Россию

Другая информация » Как мода пришла в Россию

Страница 2

Впрочем, Щербатов подмечает не без иронии, что мода потребовала жертв: на сооружение «фонтанжа» требовалось трое суток, и бедные женщины «должны были до дня выезда сидя спать, чтобы убору не испортить». Одежды становились все более изысканными и дорогими, хотя сам Петр «кроме простых кавтанов и мундиров никогда богатых не нашивал». «И беднейший человек ныне того носить нестанет»,— заключает Щербатов уже с позиций своего времени. Правда, он тут же объясняет, что Петр «имел себе в предмете, чтобы великолепием и роскошью подданных побудить торговлю, фабрики и ремеслы». Уже тогда, с первых своих шагов, мода была катализатором развития промышленности, которую нынче называем «легкой». Хотя одновременно автор памфлета отмечает и то, что мода вызвала стремление к роскоши: «моды хотя долго продолжались, однако оне были, и по достатку своему оные уже их чаще, нежели при прежних обычаях делали».

Все это звучит весьма современно. И в наши дни, когда мода стала меняться с головокружительной скоростью, она так же способствует повышенному интересу к вещам, придавая им престиж, которого они вряд ли заслуживают.

Отмечает автор и другое любопытное обстоятельство: едва возникла мода, как сразу же появились сословные ограничения. То, что было дозволено императрице, не разрешалось никому другому. Только она одна могла «убирать алмазами обе стороны головы», все прочие— только левую. «Запрещено стало носить горностаевые меха с хвостиками, которые одна она носила». Уже в те времена понимали престижность модной одежды, и те, кто обладал властью, не позволял тиражировать свои туалеты.

Это тоже любопытная черта отношений с модой.

Роскошь двора, увлеченного модой, стала «из меры выходить», и уже императрица Анна издает указ, запрещающий ношение золота и серебра на платье, «а токмо позволено было старое доносить, которыя платья и были запечатаваны».

Но процесс продолжался, несмотря на запреты. Мода расточительна— она и была такой с момента своего появления. Во времена Елизаветы «подражание роскошнейшим народам возрастало и человек делался почтителен по мере великолепности его житья и уборов». Роскошь в одеждах превзошла все пределы, «часто гардероб составлял, почти равный капитал с прочим достатком, какого придворнаго или щеголя, а и у умеренных людей онаго всегда великое число было». «Да можно-ли было сему иначе быть,— продолжает Щербатов,— когда сам Государь прилагал все свое тщание, к украшению своей особы, когда он за правило себе имел каждый день новое платье надевать, а иногда по два и по три на день .» И добавляет о «Государе»— Елизавете: « .Стыжусь сказать число, но уверяют, что несколько десятков тысяч разных платьев после нее осталось». «Стыжусь сказать»— но мы-то знаем, что около 8 тысяч платьев! Мода и тогда могла кружить головы . Главные черты нового для описываемого времени явления— моды— можно заметить здесь без особого труда. И в этом отношении она мало изменилась за более чем три прошедших с тех пор столетия. Мы без труда узнаем в ней характерные черты— и те, что делают ее привлекательной, и те, что кажутся нам нелепыми и смешными иногда только потому, что нас увлекает нечто совсем другое (но ведь и оно может показаться нелепым и смешным уже нашим внукам). С первых шагов мода способствовала развитию промышленности. Отражала свое время и образ жизни людей своей эпохи. Влияла на нравы, на поведение, хотя при этом оставалась как бы в стороне— люди сами попадали в ее сети, и притом не без восторга и радости. Она заставляла людей больше думать о внешней красоте, престижности и забывать о других, духовных, ценностях, что Щербатов назвал «повреждением нравов». И это, разумеется, только часть «вины» и «заслуг», которые, как считают, несет мода.

И напоследок— история с бородой.

Петр I одел мужчин в камзолы и брюки, а женщин— в пышные декольтированные платья, а также приказал сбрить бороды. Их сбрили. Но не все— казаки воспротивились новой моде и остались при бородах. В 1814 году русские войска, завершая войну с Наполеоном, вошли в Париж. Героические казаки произвели на парижан неизгладимое впечатление, а борода просто вошла в моду. Она так и называлась— борода «а ля рюсс». Об этом с восторгом писали в парижских газетах: «Борода— это естественное украшение особ сильного пола. Она часть мужской красоты. Она изменяет пропорции лица, расширяет или сужает его овал, изменяет оттенки кожи щек и подбородка, защищает кожу своим шелковистым сумраком и усиливает ее блеск. Только борода может придать особую значительность лицу мужчины».

Страницы: 1 2 3

Другие материалы:

Принципы систематизации документов в публикации
Публикация нередко включает множество документов. В этом случае проявляется закономерность стабилизации места документа, по которой документы в публикации размещаются в определенном порядке. В методическом плане это означает требование уп ...

Смерть императора Клавдия
Не знаю, как вы, уважаемые читатели, а я соскучился по Тациту, а потому и предлагаю вашему вниманию изложение еще одного фрагмента из его "Анналов". Вернемся к императору Клавдию и посмотрим, чем обернулась для него четвертая ж ...

Техника и культура средневековья
История культуры оказывается непосредственно связанной с процессом, начавшимся в конце первого тысячелетия нашей эры, продолжавшимся до XVI века и получившим название второй промышленной революции. Духовное брожение и обновление, которое ...