Габима

Страница 2

В октябре 1918 театр открылся спектаклем Вечер студийных работ (в разное время его называли то Вечер начала, то Праздник начала), который составили четыре одноактовые пьесы – Старшая сестра Ш.Аша, Пожар И.Л.Переца, Солнце! Солнце! И.Каценельсона и Напасть Н.Берковича. Это был ученический спектакль в том плане, что литературный материал был почти чисто бытовой и игрался на идиш, но Вахтангов справедливо считал, что библейское предназначение театра никогда не раскроется в полной мере без овладения теми законами психологического театра, на которых зиждется русская сцена. Спектакль был принят критикой благосклонно, однако критик М.Загорский, отдавая должное работе Вахтангова и артистов, задавался правомерным вопросом: для того ли открылась «Габима», чтобы повторять пройденное Художественным театром и его студиями? Ответ на этот риторический вопрос был дан в следующей работе театра – в связи с обострившейся болезнью Е.Б.Вахтангова «Габима» вернулась к работе над Вечным жидом (режиссер В.Мчеделов), премьера которого состоялась 31 января 1920. Несмотря на то, что спектакль был выпущен в одном действии, без музыки, в убогих декорациях, это был шаг на пути к шедевру театра, спектаклю Гадибук С.Ан-ского в постановке Е.Б.Вахтангова.

«Габима» изначально декларировала свое стремление уехать в Иерусалим. Еще в 1919 Вахтангов писал: «Студия совершенно определенно предполагает уехать в Палестину при первой объективной возможности, причем время отъезда зависит не столько от внешних условий (заключения мира, возможности спокойного и свободного проезда и пр.), сколько от внутренних причин, т.е. степени успешности ее работ. «Габима не мыслит своей деятельности иначе как в полном единении со своим народом на его исторической родине, в Палестине, но вместе с тем не желает порывать связи с корнями, ее породившими, Московским Художественным театром». Эта устремленность театра и его верность ивриту (библейскому языку) позволила Еврейскому комитету, по словам В.В.Иванова, «разыграть ГОСЕТ как козырную карту против «Габимы», и на протяжении долгого времени эти театры противопоставлялись по соображениям не столько эстетическим, сколько идеологическим. В защиту «Габимы» было написано письма В.И.Ленину, подписанное К.С.Станиславским, Ф.И.Шаляпиным, Вл.И.Немировичем-Данченко, А.Я.Таировым, К.А.Марджановым, С.М.Волконским, В.С.Смышляевым, Ю.К.Балтрушайтисом и другими деятелями культуры. Такими именами советская власть пренебречь не могла – было принято решение о субсидии «Габиме». В.В.Иванов справедливо отмечает, что «борьба за «Габиму» в начале 1920-х годов стала одним из немногих случаев консолидации театральных сил Москвы, пребывавших в жестокой идейно-художественной конфронтации. Объединяло и сочувствие к «Габиме», и понимание того, что затронуты сами основы существования театра. Под угрозой оказалась свобода искусства». Но театр не прекращал работы, 31 января 1922 состоялась премьера Гадибука (художник Н.Альтман), работа над которым шла почти три года и, по воспоминаниям современников, явилась сильнейшим эмоциональным и эстетическим ударом среди богатой театральными событиями московской жизни. Это было, по мнению специалистов, «восхождение к истокам театра… одна из самых магнетических и многообещающих задач». Единодушно и восторженно отмечались четкая ритмика, музыкальная стройность актерской игры, выдающееся исполнение главных ролей. Едва родившись, спектакль уже числился классикой, на него стремилась вся Москва, о нем рождались и укреплялись легенды, никому не мешало, что действие шло на древнееврейском, непонятном абсолютному большинству зрителей языке. Впоследствии, во время зарубежных гастролей «Габимы», Гадибук вызывал восторг во всех странах, где был показан. Когда спектакль был сыгран более 1000 раз, габимовцы перестали вести счет. Спектакль игрался в Израиле до 1970-х годов с неизменным успехом. Признанный шедевр режиссуры 20 в., Гадибук оставил след в творчестве таких режиссеров, как Антонен Арто, Питер Брук, Ежи Гротовский, Эудженио Барба.

Страницы: 1 2 3 4

Другие материалы:

Зиккурат
Зиккурат, храмовая башня, принадлежность главных храмов вавилонской и ассирийской цивилизаций. Название происходит от вавилонского слова sigguratu – вершина, в том числе вершина горы. Первые такие башни в форме примитивных ступенчатых те ...

Утраченные шедевры
Однако гасконские стрелки того же Людовика XII, захватив Милан, безжалостно расправились с другим великим творением Леонардо: потехи ради расстреляли гигантскую глиняную модель конной статуи миланского герцога Франческо Сфорца, отца Людов ...

Скульптура XXVIII века
В древней Руси скульптура в отличии от живописи находила сравнительно небольшое применение, в основном как украшение архитектурных сооружений. В ХVIII веке неизмеримо разностороннее стала деятельность скульпторов, свободнее выражавших нов ...