Технократический прагматизм антипрагматичен.

Другая информация » Культура и религия » Технократический прагматизм антипрагматичен.

Страница 2

И что должны по всему этому сказать редакторы и авторы литературной энциклопедии? Все это - полная ерунда, ничтожные стоны, политические декларации, воинственные призывы в подобных лагерях. Они - вне литературы, они чужды ей, и люди, отдающие свою умственную энергию этой ерунде, отдают свою жизнь, как говорил мой дед, козе под хвост. Да и мысли, подобные у них - Заимствованные: их мог придумать любой митингующий неуч. Устами своего доктора Живаго Б.Пастернак говорит: "Загадка жизни, загадка смерти, прелесть гения - это пожалуйста, это мы понимали. А мелкие мировые дрязги вроде перестройки земного шара, это, извините, уволте. Это не по нашей части". Вот где ставит себе границу высокая культура, в том числе и художественная словесность. Писатель только тот, кого интересуют эти другие "тайны". И тут между "европейцами" и "почвенниками" куда больше общего, чем трагических различий.

А у Аксенова и у Вознесенского, а уж тем более у Б.Ахмадулиной (добрая душа, тоже подписавшая злосчастное письмо в 1962 году - кто-то, видимо, уговорил), более других приблизившейся к Богу в своей поэзии, немало "тайн" жизни и смерти. А сколько их на некоторых гениальных страницах прозы Распутина и Белова. Даже рангом пониже их А.Проханов, ибо способен писать пошлость вроде: "Шел на Грозный бомбовоз, впереди - Исус Христос" (вот такая, прости Господи, "интертекстуальность") - в своем кабульском "Дереве" и в "Чеченском блюзе", отравленными "мелочами" вроде "перекройки мира", дал сильные страницы о названных "тайнах" и явился писателем.

Почему бы не подумать об объединении писателей на этой, собственно художественной, основе, принадлежащей ярким индивидуальностям, а не партийным группировочкам и толпам? Почему бы не воспользоваться определением Канта "божеского" и "житейского" начал в творческой личности, введенным сравнительно недавно в наш научный обиход писателем и ученым В.Гусевым.

Есть опыт такого объединения, замечательно осуществляемый писателями и учеными в рамках педагогической деятельности в учреждении с интригующим названием "Литературный институт". Там не поощряют студентов к идеологическим конфликтам, а учат распознавать величие человеческого бытия - это в равной степени относится и к выдающемуся поэту А.Ревичу, знающему французскую поэзию не хуже парижан, и к М.Лобанову, следящему за тем, как слышится русская деревенская боль в нашей словесности (мне, не раз бывавшему в Париже, и сыну крестьянина-пастуха, долгие годы проведшему в русской деревне, все это очень близко). Возможно, я бы не отважился руководить нынешним изданием, если бы одинаково не любил А.Твардовского и И.Бродского.

С особой настороженностью, прямо-таки с болезненной опасливостью русские литераторы наблюдают за нынешними процессами в обыденной, деловой и официальной речи. Казалось бы, какое дело до этого нам, занимающимся историей высшего типа национального языка - языка художественной словесности. Но именно потому, что имеешь чаще всего дело с высшей формой речи, особенно остро воспринимаешь названные процессы. Когда властью была объявлена "свобода" в разных модификациях этого понятия, она, эта власть, стала внедрять в общественный обиход слова, ранее не очень популярные. Мы не сразу догадались, какие могут быть последствия таких языковых нововведений. По логике "стреляющего" слова "плюрализм" в 80-е годы можно ходить на зеленый свет, а можно и на красный. Карабах может принадлежать Армении, а может оставаться в Азербайджане. Республики восприняли это как разрешение убивать друг друга. Так начались военные столкновения в стране.

Власть, обновляя отечественную речь, ввела слова "мэр" и "вице-мэр", "спикер" и "вице-спикер", "префект", "имиджмейкер" (как у "них") и прочие терминологические новшества. На провозглашенную сверху свободу Россия отозвалась чудным лингвистическим явлением по имени Виктор Степанович Черномырдин, который сразу же принялся обогащать отечественную речь роскошными выражениями типа:

"Надо уничтожать жертвы катастроф", "Мы скоро будем жить так хорошо, что нам будут внуки завидовать". Бедные жертвы, несчастные внуки! По поводу тех, кто не делает в нашу страну инвестиций, Виктор Степанович сказал: "Схватили за горло и не подходят". Когда кто-то робко заметил автору этих афоризмов, что надо бы точнее выражаться, он храбро отпарировал: "Мне это не надо".

При поступлении в Куйбышевский технический институт он получил одну четверку - по русскому языку, по остальным предметам - тройки. Видимо, не случайно я получил в 1987 году после доклада в Самаре перед областным активом записку: "До Коли будет у нас серая литература?" Видимо, автор записки поехал (поехала) вслед за Черномырдиным в Москву.

Страницы: 1 2 3 4 5

Другие материалы:

Джотто как основоположник живописи возрождения
Флорентийская школа, одна из основных художественных школ Италии. Интенсивно развивалась с 13 по 16 вв., пройдя путь от Раннего Возрождения к кризису ренессансной культуры. Фактическим родоначальником Ф. ш. в живописи был Джотто, творчест ...

Искусство как эстетическое явление
Человечество живет по "законам красоты". Так полагали мыслители самых разных теоретических направлений. Эстетическое бытие человека разнообразно. Красив пейзаж, красива фигура человека, красиво его жилище (в идеале). Художествен ...

Организации досуговой деятельности молодежи в культурно – досуговых центрах
Досуг – деятельность в свободное время вне сферы общественного и бытового труда, благодаря которой индивид восстанавливает свою способность к труду и развивает в себе в основном те умения и способности, которые невозможно усовершенствоват ...