Мономиф

Страница 13

Еще не подозревая о том, что возраст уже необратимо изменил его, Онегин вновь пытается встретиться наедине с женой генерала. И нарывается на ее проповедь, как на страшное зеркало, в котором видит свое новое лицо. Только теперь становится понятна та странная метаморфоза, которая так изменила Татьяну, сделав ее блестящей светской дамой. Татьяна для Пушкина уже давно в чем-то слилась с Натальей; но это становится ясным лишь теперь, когда она начинает говорить о себе и о нем.

А счастье было так возможно,

Так близко! Но судьба моя

Уж решена. Неосторожно,

Быть может поступила я:

Меня с слезами заклинаний

Молила мать; для бедной Тани

Все были жребии равны…

Я вышла замуж.

Это для Натальи все жребии были равны, это она вышла замуж по настоянию семьи - и, значит, изначально подразумеваемую идентификацию уже нельзя не осознавать.

Но шпор незапный звон раздался

И муж Татьянин показался.

Эта ситуация в начале восьмой главы вновь сюрреалистически повторяется в ее конце. Вновь старый муж готов исполнить свою комическую роль, и снова все рушится. От Командора не отделаешься рукопожатием. Потому что муж теперь - он сам; это за него, литературного генерала, известного человека, неосторожно вышла замуж Татьяна-Наталья. В извечном любовном треугольнике Пушкин получил новую незавидную роль. И он судорожно озирается - кто же теперь тот Герой-любовник, который способен занять пустующее сердце его жены? Эту новую Пушкинскую роль остро почувствовал и Василий Розанов. В своей статье о смерти поэта он писал: «И решительно она (голова Наташи Гончаровой) не закружилась от Пушкина, который в отношении к данной теме, так ужасно походил на "действительного статского советника", с положением и связями, восходящими до Бенкендорфа. Но известно, что у генералов, военных и статских, бывают счастливые адъютанты, и вот в Дантесе Пушкин почувствовал, заподозрил, имел психологический и метафизический фундамент заподозрить такого счастливого "адъютанта", "помещика двадцати трех лет Лидина"».

Наталья Гончарова была обычной русской бабой, достаточно терпимой, без особой склочности и нервозности. Я хочу сказать здесь - она вполне могла составить счастье своему мужу; другое дело, что Пушкин не способен был этим счастьем воспользоваться. Со вторым мужем Гончарова жила счастливо и покойно. Но для Пушкина она стала роковой женщиной. Для обычного здорового человека роковая женщина - как роковой кирпич с крыши - их надо обходить как можно дальше. Потому что отношения между полами должны приносить счастье или, по крайней мере, удовольствие - а не превращать жизнь в трагедию. Семейная трагедия - это уже повод для обращения к психоаналитику. Для нормального человека (обывателя) нет ничего естественнее стремления к спокойному счастью. Но только не для Героя! Потому что Герой знает - тормоза придумали трусы! Он ничего не боится и всегда готов сгореть - на войне или на роковой женщине. Но Герои-то неотвратимо побеждают. А вот Темные Герои, Антагонисты - не менее неотвратимо сгорают.

Жгучая кровь Героя стучит в сердце Антагониста; он действует как Герой и не может поступать иначе. Он, не раздумывая, вступает в смертельную схватку с молодым Героем, хотя прекрасно знает, что Герои непобедимы - знает по своему опыту бывшего Героя. Герой принципиально не может проиграть - так человек, сыгравший в русскую рулетку, может рассказать только о том, как он выиграл. Проигравший уже ничего не расскажет.

Но с Антагонистом все совсем иначе. В кризисе середине жизни, как и при любом переходе, человек вновь моделирует столь значимую для него эдипальную ситуацию. Ключевой момент любого перехода - победа над Драконом. С каждой такой победой человек все в большей степени освобождается от власти отца (интроецированного), обретает все большую самостоятельность и самодостаточность. Но общество навязывает свои правила, «обламывая» особо пылких - и к середине жизни интроекция отцовского образа уже неоспоримо доминирует над ослабленными возрастом инстинктами. Интроецированный отец, наконец, окончательно побеждает - и инициант сам становится «отцом» - столпом общества, хранителем традиций. Новым Антагонистом. Вновь повторяется извечная история. Низвергнутый (убитый и сожранный) праотец воскресает и возвращает себе власть, становится богом. Убийца Дракона становится Драконом.

Все это очень правильно и естественно. Для биологического вида сохранение характеризующих его признаков не менее важно, чем приобретение новых. В соматическом плане такую здоровую консервативную инерционность, обеспечивающую само существование вида, несет женщина. В культурном плане эта задача лежит на старшем поколении. Представители старшего поколения, по сути, должны выполнять функции Антагонистов - они должны быть хранителями сокровища. Новым Героям, претендующим на эликсир, придется доказывать, что их сила способна сломить инерцию традиций. Они, конечно, докажут свою мощь, и эволюция продолжит свой путь; но это дело молодых. А дело старших - хранить традиции. Этот паттерн - результат идентификации с Антагонистом, Темным Героем мифа. Идентификации практически бессознательной, в отличие от идентификации с Героем. Именно поэтому исследователи мифов постоянно раскрывали судьбу Героя изнутри; а для Антагониста у них нашлись лишь пространные внешние описания. Не каждый злой властелин обладает привлекательностью Мефистофеля Гете или булгаковского Воланда. В немалой степени идентификация с Антагонистом обязана своей неосознанностью отталкивающему образу злодея. Как обычно, не осознается то, что не соответствует собственному идеализированному образу.

Страницы: 8 9 10 11 12 13 14 15

Другие материалы:

Хэппенинг
Хэппенинг (happening), вид театрального представления, в котором событие и действие являются самоцелью, а не частью драматического сюжета. Впервые хэппенинги стали устраивать нью-йоркские художники и скульпторы в начале 1960-х годов. Само ...

Итальянский костюм
Испытывая до сих пор значительное культурное влияние Франции, Византии, стран Востока, Италия с XV в. сама становится законодателем моды среди европейских стран. Вертикальность, заостренные формы, условность и стилизация готики вытесняют ...

ХХ век: Сизиф
Научное миропонимание включает в себя объяснение Вселенной и человека путем использования эмпирических наблюдений и общих логических операций для построения теоретической модели мира в целом на основе принципа натурализма. Ориентация на п ...