Проблема кульминации

Другая информация » Ритмы символа » Проблема кульминации

Страница 2

Иначе, как мы уже отмечали, стихотворение рискует остаться в накопительной фазе, и никакая причудливость образов, никакая изысканность словесной инструментовки не обеспечат главного: возникновения символа, передаче переживания от автора к читателю или слушателю.

Проиллюстрируем сказанное на примере известного стихотворения Александра Блока из его первой книги.

Мой любимый, мой князь, мой женихъ,

ты печаленъ въ цветистомъ лугу.

Павиликой средь нивъ золотыхъ

Завилась я на томъ берегу.

Я ловлю твои сны на лету

Блђдно-бђлымъ прозрачнымъ цвђткомъ.

Ты сомнешь меня въ полномъ цвђту

Бђлогрудым усталым конемъ.

Ахъ, безсмертье мое растопчи, -

Я огонь для тебя берегу.

Робко пламя церковной свђчи

У заутрени бледной зажгу.

Въ Церкви встанешь ты, бледенъ лицомъ,

И къ Царице Небесной придешь, -

Колыхнусь восковымъ огонькомъ,

Дамъ почуять знакомую дрожь

Надъ тобой - какъ свђча - я тиха,

Предъ тобой - как цвђтокъ - я нђжна.

Жду тебя, моего жениха,

Все невђста - и вђчно жена.

Не вызывает сомнения, что кульминация этого стихотворения приходится на восклицание "Ахъ, безсмертье мое растопчи .". Мало того, что это единственное восклицание и единственное употребление повелительного наклонения во всём тексте: здесь кульминация отнюдь не только интонационная. Экспрессивные и сами по себе слова "бессмертье" и "растопчи", во-первых, явно выделяются на общем приглушённом фоне начального восьмистишия, где цветистость луга скрадывается печалью любимого, золото нив скрывается в повилике, а во-вторых, в паре образуют впечатляющий смысловой контраст.

И именно после этой строки преображается место действия стиха, переходя в совершенно иной план. Вполне земной пейзаж первого катрена и всё ещё близкие к земле "сны" второго через "огонь" и "пламя" (а так же "церковь", отправной пункт) оказываются в выси "бледной заутрени", у "Царицы Небесной", где от всего земного остаётся только бледность и трепет: "колыхание" и "дрожь" .

Конечно, далеко не всегда всё так ясно и явно; правилом оказывается скорее непрояснённость и непроявленность. В идеале символистское стихотворение представляет собой "напев души стозвонной" (Бальмонт): сложную многосоставную цельность. Будь оно от начала до конца "туманным", "разъедающе-меланхолическим" (Горький) или - также от начала до конца - "солнечным", "экстатическим", оно (ещё раз подчеркнём: в идеале!) выдерживает единый строй.

Как же в таком случае создаётся эффект, названный выше "горным перевалом"? Какие средства позволяют автору в ровном лексически и ритмически "пении", исключающем также содержательно-образный срыв (но не сдвиг), достигать необходимой кульминации?

Выявить эти средства, охарактеризовать "ритмы символа" - основная задача настоящей работы; к ней мы вскоре приступим. Здесь же нам остаётся отметить, что в несимволистской поэзии у кульминации иная роль. Какая? Единого ответа, пожалуй не дать. Крутой сюжетный поворот, перелом чувства, выход из трудного положения (или "вход" в него - из безоблачного), афористическая "разгадка", - многообразие возможностей для её содержательной роли никак не меньше, чем в драме.

Страницы: 1 2 

Другие материалы:

Антонелло да Мессина
Антонелло да Мессина (Antonello da Messina) (ок. 1430–1479), итальянский художник, сицилиец по происхождению, творчество которого оказало существенное влияние на развитие живописи Раннего Возрождения. Многие сведения о жизни Антонелло ут ...

Проблема противостояния культур
Отчетливо наблюдается противоположность русской и немецкой культур. "Если понимать духовную жизнь так, как в России, то такой духовной жизни не получится. Проблема в том, что люди, которые страдают по подобной духовной жизни, это те, ...

Мономиф
Вся героическая литература есть непрерывный перепев одной и той же извечной истории в разных вариациях. Клаудио Наранхо видел смысл этого бесконечного повторения в том, что каждый автор, пройдя путь Героя, описывает универсальную мифологе ...