Плащ и шпага

Страница 2

Командор ордена Калатравы (одного из духовно-светских рыцарских орденов, созданных в ходе Реконкисты) Фернандо Гомес де Гусман встречает сопротивление приглянувшейся ему девушки Лауренсии из перешедшего под его власть местечка Фуэнте Овехуна. На её стороне все крестьяне, один из которых бросает командору: "Мы жить хотим, как до сих пор, // Чтя вашу честь и нашу честь" (пер. М.Лозинского). Командору речь о чести из уст крестьянина непонятна. Он упорно преследует свою цель, всё более гневаясь, и наконец является во главе вооружённого отряда, побуждая крестьян к восстанию. Командор убит. Расследование ведёт король, но на вопрос: "Кто убил?" — даже под пыткой крестьяне твердят: "Фуэнте Овехуна".

Пьеса, завершающаяся готовностью людей из народа отстаивать своё достоинство вплоть до вооружённого восстания, начинается с того, что одна из них — Лауренсия — в ответ на признание в любви молодого крестьянина Фрондосо, смеясь, отвечала, что любит лишь свою честь. Связаны ли эти разномасштабные события? Безусловно. Между первоначальной любовью к себе (ибо любить честь — любить себя) и финальной сценой происходит становление личности героини. Она полюбила Фрондосо, и их любви сопутствовала не тишина пасторали, а угроза, исходящая от сильных мира сего. На этом грозном фоне в своём прежнем ренессансном качестве возникает чувство любви как путь к достоинству, не в смысле социальной привилегии, а как неотъемлемое свойство человечности.

Совершается возвращение к ренессансным ценностям, от которых не уходил Лопе де Вега, но которые покидают современный ему мир, сменяясь новыми, лишёнными общечеловеческого смысла. Они рассчитаны на отдельного человека, к тому же не на каждого, а лишь на того, кто может подтвердить своё право дворянской грамотой. Прежнее достоинство достижимо лишь как результат героического поступка.

Лопе де Вега явился не только завершителем определённой традиции испанской драмы, но и человеком, напоминающим о высоте ренессансного идеала, который в новых условиях подвергается новым опасностям и искушениям. Переосмысляются прежние ценности, порой искажаясь, как это происходит с любовью. Один из тех, кого причисляют к "школе Лопе", – Тирсо де Молина (1583?–1648) ввёл в мировую литературу из испанской легенды образ Дон Жуана («Севильский озорник, или Каменный гость»). Этот образ — как будто бы одна из проекций ренессансной идеи свободного, любящего человека. Однако любовь теперь, как явствует из названия, — озорство, а свобода — своеволие. История об озорнике сразу же превратится в один из вечных (архетипических) образов мировой культуры и ещё в XVIIстолетии получит философское истолкование (см. Мольер).

Испанская драма живёт напряжённым исследованием страстей, земных и небесных. Народ, преданный театру, был в то же время одним из самых набожных в Европе. Между Церковью и театром отношения складывались непросто, но почти каждый значительный испанский драматург XVIIвека искал покровительства у Церкви, нередко формально принимал сан и писал ауто — пьесы о страстях Господних. Дух веры всё более овладевал и светским театром. Именно так было с величайшим испанским драматургом, вышедшим из "школы Лопе", — Кальдероном (1600–1684). Время его европейской славы наступит позже — его откроют романтики в начале XIXвека, изумятся его величию, сравнят с Шекспиром, иногда и вовсе отдавая ему первенство.

В своём же столетии Кальдерон представляет религиозное барокко. Фигуры его персонажей, как на полотнах его соотечественника и старшего современника Эль Греко, устремлены к небу не только в духовном, но как будто бы в физическом порыве. Там они ожидают пробуждения, веруя, согласно названию самой прославленной из пьес Кальдерона, что «Жизнь есть сон».

Время её создания — 1635–1636 годы. Иными словами, шедевр испанского барокко одновременен первому значительному произведению французского классицизма — трагедии Пьера Корнеля «Сид». В искусстве религиозного барокко человек пытается в небесной иерархии обрести смысл и порядок, которого в его глазах лишена земная жизнь. В традиции классицизма — стремление здесь, на земле, установить иерархию упорядоченного, осмысленного бытия.

Страницы: 1 2 

Другие материалы:

История написания фресок Сикстинской капеллы
В 1508 г. Папа Юлий II поручил Микеланджело Буонаротти расписать фресками плафон Сикстинской капеллы в Ватикане. В то время Сикстинская капелла была украшена росписью, выполненной в начале 80-х годов XV в. крупнейшими итальянскими мастера ...

Роль семьи в традиционном обществе
Основой незыблемости традиционной культуры, важнейшей социальной ячейкой традиционного общества была большая семья. Во главе ее стоял дед, или большак. Вместе с ним жили его сыновья со своими семьями и детьми, а также его братья со своим ...

Натьяшастра
Натьяшастра (санскр.– «наука о театральном искусстве»), ученый свод, обобщающий достижения древнеиндийских теоретиков театра, ок. 3–4 вв., приписываемый полулегендарному мудрецу Бхарате. Истоки теории театра восходят, вероятно, ко второй ...