Из прошлого русской нумизматики

Другая информация » Из прошлого русской нумизматики

Страница 3

Много чудесного разнесла молва о собрании Пфлуга, охотника до нумизматики и голубей. Я сблизился и с ним; мы страдали тогда одной болезнью - нумизматикой. Его собрание монет перешло к Я.Я. Рейхелю.

В это время я жил в Петербурге, но знал о всех московских нумизматических открытиях. Нашими оракулами были Щербатов, Мальгин и Беляев; с ними мы справлялись, как с законами. В Москве тогда учредилось Общество Истории и Древностей Российских. Статьи Фитингофа и Калайдовича о русских монетах, помещенные в "Трудах" Общества, пробудили и наше внимание. Спор Калайдовича с Щербатовым, уже покойником, о монете Жана Безуна остался у меня доселе в памяти. Московские охотники пересылались с нами. Слава о собраниях Мусина-Пушкина, Баузе, Бекетова громко отзывалась у нас.

Ненаглядный рубль, тогда единственный, и Ярославле серебро были первыми словами в разговоре о минцкабинете Мусина-Пушкина. Собрание Бекетова удивляло всех и каждого своей многочисленностью и редкостью монет. О монетах Баузе много говорили, но никто не знал, что у него есть. Все это ныне исчезло, нет и следов, куда девались сокровища! Потеря этих собраний невознаградима ничем. Новые любители, новые охотники в Москве со славою идут по следам стариков. Уже одно обнародование монет возвысило московских собирателей в глазах всех. У нас, в старину, было только сообщение между собою, а гласности и известности мы не думали искать. Новое поколение в этом счастливее нас.

Весьма значительное собрание Северина, перешедшее впоследствии к Я.Я. Рейхелю, было одно из лучших в Петербурге. Здесь я успел только приобресть несколько бронзовых медалей. В мое время продавались, после смерти любителей, собрания барона Аша и князя Вяземского. В эти торжественные минуты для нумизматов каждый спешил что-нибудь приобрести для своего собрания. Минцкабинет князя Вяземского поступил в Императорский Эрмитаж.

Будто теперь помню приезд покойного П.П. Свиньина из Екатеринбурга с "платами медными". Сколько было хлопот и забот с ними! Каждый старался залучить к себе ненаглядные платы; они достались графу Ф.А. Толстому.

Вскоре мое нумизматическое собрание закрасовалось давно желанными гостями. У известного всем нумизмата Кёлера я приобрел серебряную монету Владимира за четыреста рублей. Эта монета открыта была в Ростовском уезде в 1823 году и препровождена к Кёлеру. Вскоре после того приобрел я от опытного нашего собирателя Г. Лисенко пятикопеечник 1723 года с изображением всадника за 500 рублей ассигнациями. С пятикопеечником случилась неожиданная история: желая сделать его доступным всем собирателям, отдал я граверу снять с него снимок на меди В то самое время, когда гравер нес ко мне доску, пятикопеечник был им потерян. Тщетны были все мои поиски. Доска впоследствии была мною пожертвована в Московское историческое общество, которое и приложило снимок с этого пятикопеечника к своим Запискам и Трудам. Подобный экземпляр этого пятикопеечника находится в собрании Шуберта, а третий, по указанию Беляева, должен быть в минцкабинете Академии наук.

Ржевские собиратели монет доставляли к нам весьма редкие пулы. Тогда появление пул было действительно редкое событие в летописях нумизматики. Может быть они давно странствовали по рукам православных вместе с простыми полушками, но только одни нумизматы возвратили им должную честь.

Не менее было хлопот и с нашими кладами. До увеличения числа нумизматов все открытые клады обыкновенно переливались в разные изделия. Любители и охотники крепко сторожили вековые клады, и всё редкое, замечательное начало поступать прямо в собрания. Смело можно сказать, что клады составили новую эпоху в нашей нумизматике, без них мы не имели бы ничего редкого, ничего важного. Новгородские, киевские и рязанские рубли разошлись по всем нумизматическим собраниям.

До первой серпуховской находки петербургские собиратели слыхали только о единственном рубле Мусина-Пушкина. Но с открытием их в огромном количестве в Новгороде они уже считаются ныне необходимою принадлежностью каждого минцкабинета. То же можно было сказать о четвертаке Иоанна Антоновича, считавшемся некогда величайшей редкостью. Каждое время имеет свои редкости, каждый собиратель мечтает о новых открытиях, но всё это кончается ограниченным временем. Старые собиратели заботились всего более о монетах удельных князей; нынешние хлопочут более о монетах XVIII века. При редкости старых монет, превосходство остается на стороне старых собирателей.

Страницы: 1 2 3 4

Другие материалы:

Культура и писательские союзы
Союз писателей в форме объединения людей, нуждающихся в социальной защите, - это организация, которая, будучи фактически ликвидированной, уже не сможет полноценно выполнять функции объединения и защиты, ее продуктивное будущее - в объедин ...

Научные достижения Египта
Подъем культуры и науки при VII династии кажется особенно впечатляющим на фоне упадка предшествующих времен. Особенностью развития является демократичность, доступность итогов культурного научного прогресса для рядового среднего египтянин ...

Интересные байки
Когда одни мои знакомые искали вход в 3-ий подвал, дергая все двери подряд, после дерганья очередной двери, откуда-то вышли Соответствующие Товарищи, и под локотки препроводили знакомых Куда-Надо. Только наличие знакомства в КГБ спасло их ...