Из прошлого русской нумизматики

Другая информация » Из прошлого русской нумизматики

Страница 3

Много чудесного разнесла молва о собрании Пфлуга, охотника до нумизматики и голубей. Я сблизился и с ним; мы страдали тогда одной болезнью - нумизматикой. Его собрание монет перешло к Я.Я. Рейхелю.

В это время я жил в Петербурге, но знал о всех московских нумизматических открытиях. Нашими оракулами были Щербатов, Мальгин и Беляев; с ними мы справлялись, как с законами. В Москве тогда учредилось Общество Истории и Древностей Российских. Статьи Фитингофа и Калайдовича о русских монетах, помещенные в "Трудах" Общества, пробудили и наше внимание. Спор Калайдовича с Щербатовым, уже покойником, о монете Жана Безуна остался у меня доселе в памяти. Московские охотники пересылались с нами. Слава о собраниях Мусина-Пушкина, Баузе, Бекетова громко отзывалась у нас.

Ненаглядный рубль, тогда единственный, и Ярославле серебро были первыми словами в разговоре о минцкабинете Мусина-Пушкина. Собрание Бекетова удивляло всех и каждого своей многочисленностью и редкостью монет. О монетах Баузе много говорили, но никто не знал, что у него есть. Все это ныне исчезло, нет и следов, куда девались сокровища! Потеря этих собраний невознаградима ничем. Новые любители, новые охотники в Москве со славою идут по следам стариков. Уже одно обнародование монет возвысило московских собирателей в глазах всех. У нас, в старину, было только сообщение между собою, а гласности и известности мы не думали искать. Новое поколение в этом счастливее нас.

Весьма значительное собрание Северина, перешедшее впоследствии к Я.Я. Рейхелю, было одно из лучших в Петербурге. Здесь я успел только приобресть несколько бронзовых медалей. В мое время продавались, после смерти любителей, собрания барона Аша и князя Вяземского. В эти торжественные минуты для нумизматов каждый спешил что-нибудь приобрести для своего собрания. Минцкабинет князя Вяземского поступил в Императорский Эрмитаж.

Будто теперь помню приезд покойного П.П. Свиньина из Екатеринбурга с "платами медными". Сколько было хлопот и забот с ними! Каждый старался залучить к себе ненаглядные платы; они достались графу Ф.А. Толстому.

Вскоре мое нумизматическое собрание закрасовалось давно желанными гостями. У известного всем нумизмата Кёлера я приобрел серебряную монету Владимира за четыреста рублей. Эта монета открыта была в Ростовском уезде в 1823 году и препровождена к Кёлеру. Вскоре после того приобрел я от опытного нашего собирателя Г. Лисенко пятикопеечник 1723 года с изображением всадника за 500 рублей ассигнациями. С пятикопеечником случилась неожиданная история: желая сделать его доступным всем собирателям, отдал я граверу снять с него снимок на меди В то самое время, когда гравер нес ко мне доску, пятикопеечник был им потерян. Тщетны были все мои поиски. Доска впоследствии была мною пожертвована в Московское историческое общество, которое и приложило снимок с этого пятикопеечника к своим Запискам и Трудам. Подобный экземпляр этого пятикопеечника находится в собрании Шуберта, а третий, по указанию Беляева, должен быть в минцкабинете Академии наук.

Ржевские собиратели монет доставляли к нам весьма редкие пулы. Тогда появление пул было действительно редкое событие в летописях нумизматики. Может быть они давно странствовали по рукам православных вместе с простыми полушками, но только одни нумизматы возвратили им должную честь.

Не менее было хлопот и с нашими кладами. До увеличения числа нумизматов все открытые клады обыкновенно переливались в разные изделия. Любители и охотники крепко сторожили вековые клады, и всё редкое, замечательное начало поступать прямо в собрания. Смело можно сказать, что клады составили новую эпоху в нашей нумизматике, без них мы не имели бы ничего редкого, ничего важного. Новгородские, киевские и рязанские рубли разошлись по всем нумизматическим собраниям.

До первой серпуховской находки петербургские собиратели слыхали только о единственном рубле Мусина-Пушкина. Но с открытием их в огромном количестве в Новгороде они уже считаются ныне необходимою принадлежностью каждого минцкабинета. То же можно было сказать о четвертаке Иоанна Антоновича, считавшемся некогда величайшей редкостью. Каждое время имеет свои редкости, каждый собиратель мечтает о новых открытиях, но всё это кончается ограниченным временем. Старые собиратели заботились всего более о монетах удельных князей; нынешние хлопочут более о монетах XVIII века. При редкости старых монет, превосходство остается на стороне старых собирателей.

Страницы: 1 2 3 4

Другие материалы:

Геральдика цвета
Символика цвета тесно сочетается с национальными, политическими, историческими, религиозными и идеологическими особенностями. Она крайне многообразна и связана с применением в определенной стране или народа, в какой-либо его партийной или ...

Историография. Естественные науки
Одним из видных представителей армянской историографии XV в. является Товма Мецопеци (родился в 1380-х г., умер в 1447 г.). В оставленном им литературном наследии большой интерес представляет «История Ленг-Тимура и его преемников». Пером ...

Техника и культура средневековья
История культуры оказывается непосредственно связанной с процессом, начавшимся в конце первого тысячелетия нашей эры, продолжавшимся до XVI века и получившим название второй промышленной революции. Духовное брожение и обновление, которое ...